Lifanovsky.com

Сегодня утром, включив, против обыкновения, телевизор, полчаса выслушивал о мерах безопасности, предпринятых в английских аэропортах в связи со вчерашней неудавшейся попыткой провести теракт. Помимо всего прочего, запрещена любая ручная кладь, включая книги, мобильные телефоны и т.п. Сразу возникла мысль, что можно было бы брякнуть в какую-нибудь телекомпанию и предложить им сделать сюжет про несчастный оркестр Большого театра в Лондоне, который со вчерашнего дня мучительно размышляет, что делать с многочисленными инструментами. Обычно подавляющая часть инструментов перевозится именно как ручная кладь.

На завтраке встретил пресс-секретаря Катю и выяснил, что столь гнусный и циничный способ неожиданного дополнительного пиара для театра ею уже отработан - некая телекомпания готовит сюжет на эту тему. Зауважал.

Если серьезно, то проблема действительно неприятная.

На виолончели нам даются отдельные билеты, но там обозначено cabin baggage - то есть формально это та же ручная кладь, на которую просто выписан отдельный билет. Контрабасы, как правило (и в данном случае это именно так), идут отдельным багажом в кофрах. Кстати сказать, виолончели раньше тоже выезжали в кофрах - и сейчас возник лишний повод поблагодарить руководство то ли за экономность, то ли за разгильдяйство. Если бы челки шли кофрами, вопрос о них не стоял бы. Уже хлеб. Ну, да ладно.

Все равно на повестке дня остаются скрипки, кларнеты, фаготы, флейты и так далее. Причем, если, допустим, для перевозки виолончелей можно арендовать специальные аэрокофры, то для перевозки скрипок и всего остального, как я подозреваю, специальных кофров может не существовать в природе - есть подозрение, что до сегодняшнего дня мало кому могло придти в голову, что скрипки или флейты надо перевозить в кофрах в багаже, а не на руках.

Класть же инструменты в чемодан - даже такие, как флейта или труба - только на первый взгляд кажется хорошим выходом, на деле чемоданы в багаже швыряются так, что мама не горюй, а даже полностью выплаченная страховка за испорченый или разбитый инструмент - это далеко не то же самое, что инструмент целый.

Не говоря уже о том, что многие взяли сюда с собой ноутбуки. Это, конечно, уже не музыкальная тема, но все равно, как выясняется, некоторые могут теперь об этом пожалеть.

На самом деле есть еще один путь решения этой проблемы, который вчера уже озвучивался - попробовать через российское посольство выбить разрешение у английских властей допустить нас в самолеты с инструментами. Но далеко не факт, что это удастся сделать. Что такое один Большой театр по сравнению со всем мировым терроризмом?

Из-за событий в лондонских аэропортах (даю ссылку на AP, русскую ссылку не найдет только ленивый сегодня) наши коллеги, включая и главного дирижера, не смогли сегодня покинуть Лондон. Пресс-секретарь, Катя Новикова, сказала утром, что задержка часов до трех дня, но, судя по общему напряжению, сидеть им в Лондоне еще минимум сутки.

Ну, а мы пока начнем генерально репетировать "Светлый ручей". На прошедших "Золушках" была пара забавных моментов, но рассказ о них терпит - а я лучше уступлю бесплатный компьютер жаждузим коллегам - они новости читать хотят.

Спектакль вчера прошел вполне прилично. Правда, говорят, на сцене были какие-то накладки - кто-то там не нашел какое-то платье, после чего по интеркому в театре режиссер, ведущий спектакль (очаровательная женщина с не менее очаровательным голосом), сообщила, что "то, что вы не нашли платье - прокол ваш, поскольку платье висело, как обычно", или что-то в этом роде.

Так что, видимо, какие-то накладки все-таки имели место, но в целом, повторюсь, все, кажется, прошло вполне неплохо. Оркестр был на высоте, во всяком случае. Осталось понять, как критики отнесутся к постановке, как таковой.
Читать дальше »

Кирилл Филатов у себя в блоге публикует подробный анализ репертуарного плана Большого театрана первую половину 231-го сезона. С разоблачениями. Классный пост, интересно читать. Да и на цифры взглянуть интересно.

Сидя в Лондоне на окне собственного номера, окнами выходящего практически на Strand, и слушая Andante из виолончельной сонаты Рахманинова, как-то по-особенному начинаешь понимать этого автора. Лондон в данном контексте - это, конечно, довольно забавно, потому что Сергей Васильевич лично у меня в первую очередь ассоциируется с каким-нибудь Парижем, кафешками на Елисейских... Но все равно - даже из Лондона становится понятно, как такая музыка пишется. Замечательная, великая музыка - нет спора...

Я думаю, отсюда вот такая музыка и должна получаться. Из Москвы, Питера или другого какого нашего города получится "Лебединое озеро", Шестая симфония или Второе трио Шостаковича. А отсюда - Флорентийский секстет или, вот, Соната Рахманинова. Наверное, я не очень понятно выражаюсь. Речь идет, прежде всего, о настроении.

Почему-то, сидя в кафе рядом с Ковент-Гарденом или в ресторане рядом с Триумфальной аркой, сразу становится понятее, про что там поется, у Рахманинова. Из Москвы это как-то труднее почувствовать - не вызывают таких эмоций Цветной бульвар или Тверская.

Если говорить еще более приземленно, то в Москве - тошно, а тут - тоска. Несколько разные понятия, и эта разница как раз и слышна. "Печаль моя светла", так сказать. Впрочем, сами понимаете, это все - через призму личного отношение, чем и живы. Кстати, вот это уже отчасти связано со вчерашним пассажем про "спорт", хотя непосредственно демонстрировать эту связь в данный момент немного лень...

Одним словом - хорошо идет Рахманинов в Лондоне. И заниматься им здесь - одно удовольствие. Жаль, не каждый день удается.

Написано в 3 часа ночи по Лондону. В номере, конечно. Сразу постить не стал - GPRS нынче дорог...