Начиная с 2002 года, 28 марта для меня — особенный день.
Не стало моего отца. В прошлом году я попробовал написать колонку о нем в «Обертонах». Сейчас перечитал — получилось, мне кажется, как-то не так. Хотя это уже подвиг был — до этого я не знал и как взяться-то за это. Но все равно — невозможно объяснить, что у нас была за семья, каким удивительным он был человеком, кем я был для него, кто он был мне… Не найти слов. Почему — не знаю.
Моя мама до сих пор очень переживает. А у меня странное какое-то ощущение. Не то, чтобы я «не верю», что он умер. Нет, я это точно знаю. И на могилу прихожу. Но что-то тут не то, все-таки. К тому же, у меня нет ощущения незавершенности нашего общения. Напротив, мне кажется, что он дал мне абсолютно все, что мог дать. Всего касается — и музыки, и жизни… Поставил, что называется, на крыло.
Единственное — с тех пор почему-то песня Высоцкого, вынесенная в заголовок, звучит по-особенному. Впрочем, это личное, видимо.
Знаете, что? Не комментируйте эту запись без лишней необходимости, хорошо? Я, может, ее и вовсе сотру потом.
См. также:
