Lifanovsky.com

Бывают такие вещи, которые ни в жизнь никому не объяснишь. Хотя иногда мне кажется, что дело не в вещах, а в людях. Кому-то можно объяснить что угодно. Даже объяснять не понадобится. Бывает и так, что с ходу понятно, что нет смысла разговаривать. Самое неприятное – третий случай, когда понимание, вроде бы, на уровне, но какой-то двадцать пятый смысл все время ускользает. В таких случаях начинаешь много говорить, с самого начала понимая, что это ни к чему не приведет.

Нет смысла вспоминать об ушедшей молодости и утраченных иллюзиях, без толку кричать, что не успел ничего в жизни, глупо на что-то жаловаться. На определенном этапе пытаешься просто перестать вспоминать.

Видимо, на этом этапе пишутся отдельные скрипичные концерты Моцарта, все симфонии Малера и песни, наподобие «All by myself» Эрика Карона. Причем последнее – обязательно с цитатой из Рахманинова.

На этом же этапе люди пытаются тянуться друг к другу – пусть тщетно, просто от безысходности, пытаясь преодолеть одиночество. Самое мерзкое, что они тут же стремятся оттолкнуть друг друга – своей бескомпромиссностью, даже жестокостью, беспощадностью к чужим слабостям. Жизнь ломает так, что даже добрые чувства толком выразить не можешь.

Мужчины оказываются наделенными различными, далеко не не эфемерными, достоинствами, бывают внимательными и добрыми, но почему-то такими, что с ними не только жизнь – пару часов рядом находиться невозможно. Женщины – не слабее мужчин, а свою жизнь и свой мир защищают даже с большим успехом – но, господи, как же в этом их мире душно и тоскливо… И все вместе постоянно группируются в некие формирования – почему-то всегда двое против третьего…

Посмотрел тут National Geographic… Оказывается, дикобразы – очень интересные животные. У них так: когда иглы подняты, они есть не могут. Но они все время в напряжении, потому что как только иглы опустят – их обижают. Никто ведь не хочет, чтобы его скушали…