Lifanovsky.com

Подходишь через Камергерский к Тверской и понимаешь, что обстановка какая-то совершенно необычная. Даже пугающая. Первым делом видишь кучу военной техники и вспоминаешь: парад же репетируют. Но техники еще видно не было, а ощущение необычности происходящего уже было…

Задумчиво проходишь по тротуару, глядя на танки (зрелище, конечно, завораживающее), и минуты через две осеняет: тихо очень! Вот, что не так. Никогда на Тверской не бывает так тихо – все время же машины ездят… А тут – тишина невероятная, и даже многие люди будто бы вполголоса разговаривают: тоже, видимо, удивившись такой тишине.

Ощущения интересные, но, войдя в метро, подумал, что в городе не должно быть так тихо. Иначе возникает ощущение, что он либо умер, либо затаился в ожидании чего-то нехорошего. А нормальный город должен все-таки жить шумно…

Было такое время, когда я очень много концертов играл. Ну, в смысле, для себя много. Под ссылкой даже не все, что тогда происходило. Потом так получилось, что долго совсем не играл. Ни сам, ни в ансамблях. А потом Женя Лыхин взял и предложил как-то мне сыграть сонату Прокофьева. Я был очень удивлен, но согласился. А потом понял, что если есть в жизни люди, которым я за что-либо благодарен, то Женя, безусловно, входит в их число. Потому что с того момента все как-то очень вдруг поменялось – и я стал играть. Как раньше. Уже не говоря о том, что благодаря этому я в принципе узнал, что существует на свете такой замечательный человек – Женя Лыхин.

А сейчас всего так много, что я даже иногда отказываюсь. Потому что слишком много играть – это тоже плохо. Для меня. До сих пор думаю, стоит ли делать один интересный концерт в июне, или лучше его все же на осень перебросить…

Но даже еще раньше, чем с Женей, я познакомился с Аней Кривцовой. В 2002 году, если быть точным. А еще раньше – с Ромой Гончаровым (это вообще в лохматых 90-х годах). С Ромой мы почти не общались до прошлой весны, когда он вспыхнул идеей провести фестиваль форума “Классика” в Москве и подорвал на это дело ряд людей, которых я тогда совсем не знал, а теперь очень хочется называть их друзьями. А с Кривцовой мы довольно долго вдвоем рулили этим самым форумом, пока не рассорились на почве моего максимализма. А во время фестиваля как-то незаметно подружились обратно. Или раньше. Не помню уже.

В любом случае, в какой-то момент Роме (который на самом деле – в душе – альтист) захотелось поиграть Брамса. И он это предложил Ане. Ну, и мне. Потом по ряду причин Рома этим концертом заниматься не смог (хотя я уверен, что совместное музицирование у нас еще впереди), и вместо него возник Леша Симакин, которого я тоже очень давно знаю, пусть и не помню, откуда…

В общем, вот такая запутанная история (это хорошо, что я не рассказываю, кто меня впервые с Брамсом познакомил!) привела к тому, что 3 мая в Доме-музее Станиславского в Леонтьевском переулке мы с Аней и с Лешей (а также с певицей Екатериной Сердобольской – вы будете смеяться, но я ее до сих пор даже не видел, хотя Аня с Ромой уверяют, что она очень хорошая) будем играть концерт из произведений Брамса. Дата, с одной стороны, не очень хорошая, потому что все на даче, а с другой – очень даже неплохая, потому что 7 мая, на минуточку, у Брамса как раз день рождения…

Наверное, стоило бы побольше о музыке и поменьше об отношениях. Но, с другой стороны, я тут, когда, пользуясь случаем, группу в Одноклассниках создавал, написал, что периодически имеют место концерты, в которых друзья играют с друзьями. И для друзей. И, вообще говоря, мне эта идея кажется очень правильной. И, собственно, имеющей прямое отношения как к фестивалям, в их первоначальном смысле, так и к камерной музыке в принципе. Именно поэтому я жду, что зал 3 мая будет очень теплый. Потому что, как ни странно, оказывается, огромное количество хороших знакомых любят хорошую музыку и хотят на нее ходить. Часто такое бывает, что у тебя два друга, которые между собой не знакомы. И ужасно хочется их познакомить. Вот, честно говоря, у меня по поводу этого концерта именно такое ощущение. Хочется разных людей друг с другом свести. Вдруг из этого что-то получится. Уже не говоря о том, что некоторых давно пора познакомить с Брамсом.

Афишу для приближающегося концерта 3 мая рисовала Аня Кривцова (в миру – Кривич). Когда мы с ней обсуждали, так сказать, концепцию, я предложил отойти от традиций и сделать что-то в клубном стиле, типа, на фоне кирпичной стены какой-нибудь… Она подошла к делу творчески и в качестве фона нашла дверь со ржавым замком.

Я ей говорю: “Слушай, клевый фон!” “Ага, – отвечает, – Я его в гугле нашла, по словам “панк, трэш, цветы на асфальте”". Спрашиваю: “Слушай, ну, панк-трэш – это ясно, это я сам такое направление задал. А почему цветы на асфальте-то???” Она мечтательно взглянула в окно и отвечает: “Ну, почему-почему… Ты посмотри, как мы живем!”

На что, кстати, Карэн Шахгалдян, когда я ему эту историю рассказал, отреагировал так: “Ну, просто женщина эпохи Возрождения!”.

Невозможно все время играть всерьез. 3 мая, кстати, будет концерт целиком из Брамса – я про это расскажу еще отдельно. Концерт, по идее, будет очень хороший, кстати. Но иногда хочется чего-то совсем другого, принципиально.

Вот, к примеру, завтра мои хорошие друзья, группа “Городская культура”, закрывают сезон. Рановато, конечно, но все же лучше, чем, допустим, 27 июля… Недавно мы с Андреем Рудометкиным и с ними записали песню “О чем он поет”. И даже на нашем концерте она была, эта песня. Как сейчас помню, записывалась она 1 февраля и мы получили от этого процесса грандиозное удовольствие. Надеюсь, скоро Андрей Ненадышин, звукорежиссер группы, ее сведет, и можно будет эту песню выкладывать уже в студийном варианте.

Завтра, в самом конце концерта, “О чем он поет” тоже будет. Правда, Андрюха не сможет придти, к сожалению, мне придется одному отдуваться… В любом случае, концерт начинается в 21.00 в “ФМ Клубе“, будет состоять из двух частей (первая – акустика, вторая – электрика). “О чем он поет”, хоть и однозначно относится к акустике, пойдет в самом конце концерта. Так что если кому интересно – будем рады. Цена вопроса – 300 рублей, пиво за свой счет, позитивное общение с поклонниками ГК – бесплатно. Обычно бывает весело.

Те, кому интересно, что из себя представляет группа, могут послушать две песни с предыдущего альбома: “Апрель” и “Музыка твоя“.

Полтора года назад я написал о том, что профильные рекламодатели вряд ли могут найти в интернете лучшую площадку для размещения, чем форум “Классика”. Собственно, с тех пор мало, что изменилось – разве что забавно, как меняются цифры, если сравнивать положение вещей в сентябре 2007 года, в сентябре 2008 и сейчас. Нельзя, правда, не признать, что за последние шесть месяцев bounce rate подрос – но этот недостаток мы исправим в ближайшее время. Я даже знаю, как.

По существу – с основными своими тезисами полуторагодичной давности я согласен до сих пор. Другой вопрос, что сила инерции и предубеждений такова, что не всегда и не всех удается убедить вообще. А в частности не всегда и не всех удается убедить разместиться так, чтобы оплаченная реклама на самом деле продавала – и вообще, делала то, для чего она была размещена. Когда это получается – и результаты оказываются позитивными.

В той старой беседе друг и соратник Татра выразила сомнение в том, что дело обстоит именно так, как я об этом говорю. В частности, сказала, что когда Пасхальный фестиваль возьмет форум “Классика” в инфоспонсоры – вот тогда… В общем, привести лошадь к воде – это ерунда. Вот если вы заставили ее плыть на спине – тогда и можно говорить о том, что вы чего-то добились.

Как становятся инфоспонсорами я знаю. В моем случае это почти всегда не очень интересно, потому что обмен получается неравноценный. То есть, грубо говоря, никакой ощутимой пользы от такого варианта сотрудничества ни сам форум, ни те сайты, которые рядом с ним, не получают. Другое дело – реклама: это практически так же “весомо, грубо, зримо”, как стихи Маяковского. И, к тому же, взаимовыгодно. Вот оно и произошло: Московский Пасхальный фестиваль в этом году по собственной инициативе – то есть без малейшего движения с моей стороны – принял решение разместить рекламу на форуме “Классика”, где ее уже дня три и можно наблюдать.

Есть еще одна вещь примерно в таком же стиле, которой мне хотелось бы дождаться – и тогда уже точно можно будет сказать, что лошадь плывет на спине.