Lifanovsky.com

Альт – очень интересный инструмент. Чаще всего альтисты – в прошлом скрипачи, со всеми вытекающими из этого комплексами и проблемами. Вместе с тем есть (небольшой) ряд исполнителей, которые сумели преодолеть все комплексы и начать играть на этом инструменте по-настоящему хорошо. Из мировых суперзвезд можно назвать Уильяма Примроуза и Юрия Башмета, которых все знают. Но, как потихонечку выясняется, есть и более молодые альтисты, которые со временем не то, что могут, а обязательно будут претендовать на мировое господство. Причем с полным на это правом.

Другой вопрос, что у каждого своя судьба. Например, в свое время я выяснил, что Питер – фактически, город альтистов. Мало того, что там живет и работает такой выдающийся мастер, как Андрей Догадин, концертмейстер альтов Заслуженного коллектива. Услышав его впервые в 1999 году в «Дон Кихоте» с Наталией Гутман, я, как сейчас помню, сказал друзьям, что такого альтиста в оркестре не слышал никогда. И до сих пор не перестаю удивляться таланту Андрея.

Там же, в Питере, в оркестре Мариинского театра, концертмейстером работает мой хороший приятель, Юра Афонькин. Тоже блестящий исполнитель, можно сказать без лишней скромности. Москва в этом смысле город победнее. Тем не менее, и здесь можно найти замечательных игроков. Если говорить о солистах – большое приобретение Москвы в недавно приехавшем обратно из Китая Максиме Новикове. Будем надеяться, что все сложится хорошо, и при моем участии состоится два концерта, в которых будет участвовать Макс. В начале ноября это будет квартет Мирзояна (вместе с Карэном Шахгалдяном, Соной Азярян и вашим покорным), а где-то в районе января более серьезно – Макс сыграет одну из гамбовых сонат Баха и мы вместе – трио Брамса… Кстати, буквально сегодня, 12 сентября, Новиков (я уверен – блестяще) сыграет концерт в Брюсселе

А пока хотелось бы проанонсировать два концерта, которые состоятся вот-вот и обязательно станут настоящим событием в музыкальной жизни Москвы. 17 сентября у Вари Туровой, в клубе «Мастерская», а 19 сентября – в Малом зале консерватории альтист Максим Рысанов и пианист Яков Кацнельсон сыграют два сольных концерта. Программа отличная, ее можно увидеть под ссылками.

C Яшей я знаком очень давно, мы играли вместе в Академ-трио до распада коллектива, до сих пор мы дружим очень крепко, и даже периодически появляемся вместе на сцене. Лично для меня Яша – один из лучших пианистов нового поколения, если не самый лучший. Я, разумеется, субъективен, но если для меня существую сегодня авторитеты в музыке, то это, безусловно, Яша.

Максима Рысанова я, кстати, узнал именно благодаря Кацнельсону. Несколько лет назад они играли что-то небольшое на фестивале «Возвращение», и Яша сказал, что мне обязательно нужно сходить послушать. Я сходил – и с тех пор стал поклонником Рысанова. Это действительно настоящий мастер. К сожалению, живет он не в Москве, а в Лондоне, тем не менее, в последнее время все чаще появляется в нашей стране. Собственно, концерт в МЗК 19 числа – первый из трех концертов его абонемента в Малом зале.

В общем, считаю, что, как минимум на один из этих двух концертов обязательно надо попадать. Концерт в Мастерской – черновой, там меньше зал и больше вероятность столкну. Я, кстати, пойду именно туда. Концерт в МЗК – более «пышный», честно говоря, для первого знакомства с Максимом и Яшей я бы, скорее, рекомендовал идти туда – проще попасть, лучше акустика и программа к тому времени будет совсем обыграна. Решать, другое дело, вам. Но то, что эти концерты нельзя пропустить – факт. В Мастерской билеты – при входе, в Малом зале можно (и этого того стоит) купить заранее.

Чтение трилогии Михаила Козырева (хотя третью книжку нигде не видел пока) навевает массу интересных мыслей. Прежде всего, почему-то, дай Бог ему здоровья, «погиб поэт – невольник чести». Насколько я понимаю, Козырев всегда был склонен к понтяре в той или иной степени, и в книге это чувствуется.

Однако, еще до того, как я узнал, что такой, собственно, Козырев (поскольку от заэфирья тогда, как и сейчас, в общем-то, был страшно далек), говоря о радио, стал приводить в пример «Наше». Кто был ничем – тот станет всем. Вот, как можно за ничтожное время вывести целое музыкальное направление из загона и превратить его в мейнстрим. Наверное, не один Козырев этим занимался, но для меня он и его «Наше» навсегда, наверное, останутся неким символом. Чуть менее мощным, чем… ну, в общем, чем один дирижер из Ленинграда. Но тем не менее.

Действительно интересная книга – и написана хорошо, и материал отличный. Читаешь, и думаешь: как же не хватает нашей академической музыке такого, вот, козырева. Как же повезло рок-н-роллу, что у них было «Наше», и как не повезло академической музыке, что у нас есть «Культура» и «Орфей». Как повезло яблоку, и как не повезло вам.

Ведь оно бы все ничего. И «Культура», и «Орфей» – хорошие станции. Сами по себе. Формулировать, чего в них не хватает – долго, да и вряд ли имеет смысл, ибо что это изменит. В начале декабря Илья Овчинников прислал мне письмо как раз насчет «Орфея» – да я все никак не соберусь ответить на него. Может, как-нибудь взять, да ответить публично?

Потому что, с моей точки зрения, главное, чего не хватает – это стремления «взорвать страну». Именно так, ни больше, ни меньше. Утомляют бесконечные разговоры о том, что классика никому не нужна, молодежь ее не слушает… Смотря какая молодежь. Тот же Миша Антонов, с которым когда-то мы сцепились языками в эфире «Культуры», увлеченно доказывал мне, что молодежь-де на концерты не ходит. Потом сам пришел на один наш концерт, и после удивленно говорил, что процентов шестьдесят зала состояло из людей младше тридцати. Так это правило, а не исключение!

Чего не хватает этой музыке? Ощущения того, что она современна. Покажите, что она такая – и залы обеспечены. Кое-что в этом направлении делает, как мне кажется, «Возвращение». Кое-что – державное «Крещендо». Хотя ни те, ни другие, видимо, такой задачи перед собой не ставят.

Год назад прокатился жуткий скандал, связанный с радио «Орфей». Недавно набрел на публикацию в РГ, где цитируются, в том числе, и отзывы читателей форума. Как ни странно, все это тогда прошло как-то мимо меня, иначе бы… Читая все это сегодня, я думаю: а что, собственно, ужасного говорила тогда г-жа Герасимова? Какие-такие крамольные идеи высказывала? Я, правда, знаком с ней всего лишь шапочно, поэтому не могу сопоставить ее публичные высказывания с тем, что она на самом деле из себя представляет. Но те вещи, которые были озвучены, идеально совпадают с тем, как лично я себе представляю основу музыкальной станции, которая могла бы помочь тем обломкам (а вернее – зачаткам) индустрии, которые у нас есть и, в конечном итоге, нашей музыке.

Тот же Минц честно признается, что за десять лет дело не сдвинулось ни на йоту – в активе, помимо вечных ценностей, одни убытки. Только задуматься, черт побери – десять лет! Господам с «Возвращения» – безусловное «браво», но перспектива-то где?

Нет у нас нашего радио до сих пор. И Козырева своего нет. Березовского, кстати, тоже. А жаль.

Фестиваль «Возвращение», который завершается сегодня, помимо всего прочего, делает одну очень полезную вещь: настойчиво впаривает Москве музыкантов, о которых Москва имеет очень слабое понятие и которых иначе могла бы и вообще не заметить. В частности, лично я благодаря этому фестивалю впервые услышал альтиста, который поразил мое воображение, наверное, навсегда. Максим Рысанов – теперь, когда заходит речь об альтистах, это имя я обязательно считаю нужным упомянуть, наряду, скажем, с Андреем Догадиным. Юрий Башмет – само собой, но не Башметом же, в самом деле, единым…

Можно было бы развернуть здесь похвалы Максиму на полную катушку, но в настоящее время, кажется, лучше пусть люди ходят сами и слушают, а сказать можно успеть и попозже. 21 января у Максима Рысанова концерт в Малом зале Московской консерватории. Абсолютный must go для всех, кто любит хорошую музыку и хороших музыкантов. Если на этом концерте зал не будет ломиться – значит, я чего-то не понимаю.

А до этого, 17 января, с 14.05 до 15.00 Максим появится в студии радио «Культура» (Москва – 91,6 FM). Программу будет вести Елена Чишковская, которая, сколько я ее слышал, всегда исключительно интересно беседует с гостями. Итого: великолепный музыкант, который, насколько я знаю, еще и прекрасно умеет разговаривать, и талантливый профессиональный журналист, который очень даже в теме. Все это – на диапазоне FM.

Думаю, не лишним будет сообщить, что эту передачу можно не только слушать – в ней также можно и участвовать, позвонив по телефону +7 (495) 780-5665 или написав на пейджер +7 (495) 961-3333 аб. «радио Культура». Мне кажется, передача должна получиться исключительно интересной, ну, а если кто-то еще и украсит ее каким-нибудь качественным вопросом – будет и вовсе хорошо.

Сама Елена Чишковская пишет об этом у себя в ЖЖ – любые вопросы можно направлять ей напрямую.

В подавляющей части концертов, проводимых сегодня, главную роль играют исполнители. Некоторые люди ходят на концерты исключительно для того, чтобы послушать музыку, но большинство слушателей все же уделяет большое значение тому, кто именно играет. Оставим в стороне обсуждение правомерности или неправомерности такого подхода. Если Вы – звезда, такая ситуация Вам только на руку. Если нет – не надо паниковать. Несмотря ни на что, программа концерта может сыграть важную роль в привлечении публики – главное правильно ее составить.

Программа совершенно не обязательно должна состоять исключительно из «хитов». Важно, что исполняемая музыка (или хотя бы авторы), должна либо быть уже известной Вашим слушателям, либо вызывать желание с ней познакомиться. Очевидно, что почти невозможно весь концерт составить из «приманок», но это и не нужно.

Пример из серии light: в программу своего сольного концерта пианист Яков Кацнельсон включил почти неизвестную слушателям фортепианную сонату Яначека, которая состоит из двух частей: «Предчувствие» и «Смерть». Многим людям одни названия частей уже показались интригующими. Кроме этого, в концерте прозвучала Вторая фортепианная соната Шумана и 10 пьес из «Ромео и Джульетты» Прокофьева – намного более популярные произведения.

Экстремальный вариант – сделать концерт полностью из неизвестных или просто редко играемых произведений, соответствующим образом это обставив. Люди любят тайны – дайте им возможность раскрыть какую-нибудь вместе с вами! Примеров таких концертов, как ни странно, можно привести довольно много. Вспомним хотя бы один из концертов фонда «Возвращение» – «Репрессированная музыка», в котором прозвучали произведения композиторов – жертв сталинских репрессий. Пример из недавнего прошлого – концерт хора Большого театра, в котором исполнялось «Всенощное бдение» Рахманинова. Казалось бы, очень известная музыка – но посмотрите, как редко ее можно услышать в концерте! В результате, на этот концерт пришло довольно много людей.

Могут существовать и другие подходы: например, если брать фортепианное трио, в умах многих давно уже бродит мысль сделать концерт из музыки трех Чайковских: Петра, Бориса и Александра. При всей неоднозначности подхода, эта идея может отлично сработать с точки зрения наполнения зала.

Короче говоря, программа должна запоминаться и вызывать интерес. Безусловно, в некоторых случаях этим принципом можно пренебречь, но только если Вы хорошо понимаете, что делаете и готовы поддержать «спокойную» программу какими-то другими способами. Помните также, что если Вы – совершенно неизвестный исполнитель, выбранная программа может и должна стать для людей весомым поводом познакомиться с Вами.

Другие статьи из этой серии:

Вступление

2. Идея концерта

3. Афиши

4. Раскрутка в интернете – создание сайта

5. Раскрутка в интернете – идем дальше

6. Раскрутка в офф-лайне

7. Все остальное

Заключение

Не без удовольствия посетил сегодня концерт фестиваля «Возвращение» под титулом «Подтексты«. Собственно, шел я туда для того, чтобы послушать Яшу Кацнельсона, с которым, как известно, до недавнего времени регулярно вместе играл в трио, а также альтиста Максима Рысанова, о котором слышал много хорошего.

Надо сказать, что Яше уже давно не удавалось меня разочаровать, и этот вечер не стал исключением. Первая встреча с г-ном Рысановым также оставила весьма приятные впечатления. Что же касается всего остального, то там, что называется «были нюансы».

Фестиваль давно уже вышел за рамки внутригнесинского междусобойчика, поэтому народу на концерте было огромное количество. Полный зал. Даже два ряда дополнительных стульев стояло. Не говоря уже о том, что раньше в Рахманиновском зале проходил только заключительный концерт, а теперь там идет весь фестиваль.

В самом начале Александр Кобрин сыграл «Вариации на тему Корелли», не вызвав лично у меня своей игрой никаких отрицательных эмоций. После этого Рома Минц сыграл A Paganini Шнитке. Это для меня стало уже более серьезным испытанием, потому что со Шнитке у меня уж больно напряженные отношения. К сожалению, Роме их наладить не удалось.

А вот после этого тот же Рома, пианист Чарльз Оуэн и виолончелистка Кристина Блаумане сыграли си мажорное трио Брамса. Мы эту песню в свое время играли не один раз, поэтому знаю я его очень хорошо. Кстати, первый раз мы его играли в этом же самом Рахманиновском зале 25 марта 2002 года. Помню это прекрасно, потому что… Просто помню, в общем.

Должен сказать, что трактовка, представленная вышеобозначенными артистами, лично мне оказалась совсем не близка. То есть абсолютно. Трудно сказать, возможно, мы по-разному относимся к Брамсу. А может, они мало порепетировали… Между прочим, в буклете фестиваля я обнаружил, что в скерцо си мажорного трио Брамс, оказывается, «имитирует манеру Мендельсона». Прочитав это, был немало удивлен.

Во втором отделении Боря Бровцин с Катей Апекишевой играли некие три пьесы Иоахима. Зачем они их играли – я так и не понял. Мне даже показалось, что Боря и сам не понял, зачем он их играет. На удивление невнятная музыка. Хотя играет он хорошо, ничего не скажешь. Но лучше б он какую-нибудь сонату Брамса сыграл – уверен, что всем, включая его самого, это доставило бы намного больше удовольствия.

Ну, вот, а потом Рысанов с Яшев сыграли «Траурную музыку» Хиндемита. Действительно здорово. Отличный альтист. Я сразу вспомнил Юрку Афонькина и Догадина. Никогда не забуду, как в БЗФ Гутман с Заслугой играла «Дон Кихота» Рихарда Штрауса. С Гутман я к тому времени был уже прекрасно знаком, а вот когда прозвучало первое альтовое соло, я чуть с балкона БЗФ не спрыгнул. Кроме Башмета, я вживую никогда такого звука у альтистов не слышал. И до сих пор Догадин для меня – недосягаемая высота. Схожее отношение, кстати, к контрабасисту Ринату Ибрагимову. Который, к сожалению, давно уже в Лондоне.

Единственный недостаток, который, как мне кажется, можно найти у Рысанова – это как раз звук. С музыкальной точки зрения – прекрасно, инструментом владеет блестяще, но звук при этом – скрипичный. Точнее говоря, мне показалось, что он не до конца использует тембровые возможности инструмента. Правда, этот Хиндемит – такая музыка, в которой негде развернуться, глазом моргнул – и она уже кончилась. И все-таки, хотелось бы больше бархатистости какой-то такой… Когда человек играет на таком уровне, хочется, чтобы у него не было изъянов вообще. Но, в любом случае, с сегодняшнего дня Максим Рысанов – это знак качества, на концерт с его участием однозначно имеет смысл идти. Особенно, если он участвует активно.

А Яша мне нравится в принципе. Если бы я играл на рояле, то, мне кажется, я бы вот так играл.

А вообще полезно иногда бывает ходить на концерты. Встретил парочку старых знакомых, вообще проветрился как-то… Вспомнил, заодно, что в этом же зале мне самому скоро играть концерт с «Рославец-трио». И вообще, полезно иногда не играть, а слушать. Было такое замечательное время, когда мы одинаково много и играли, и слушали. К сожалению, оно прошло. Да и потом, сейчас уже какое-то другое восприятие, слишком мало узнается нового. Да и, как ни парадоксально, страшновато тратить время на новое. Времени-то мало, а вдруг будет лажа? Уж лучше пойти послушать что-то проверенное, что действительно поможет. Гутман, там, Третьякова или Вирсаладзе. Или Яшу, вот…