Вирусный маркетинг в действии

Виолончельные струны Prim

Вчера зашел в магазин возле консы купить себе, наконец, соль струну запасную для завтрашнего концерта. Синего Яргера у них не было, поэтому пришлось озадачиться, что можно взять взамен. Думал-думал, смотрел на витрину… Вдруг мысль: дай, думаю, я Prim куплю. Если действительно «соль» накроется — будет нормальная замена, а если нет — потом докуплю все остальные струны аккорда и посмотрю, насколько это интересно. Ну, и купил. А потом думаю: а с чего я вдруг решил именно Prim-то взять? Ларсен, понятно, жаба мне купить не дала. Он и в самом деле мне не нужен. Но вот почему из дешевых струн я предпочел именно Prim?

Подумал еще немного и вспомнил: это же Евграфов мне про них говорил! А у меня в голове и отложилось — неплохие струны.

Хотя, в принципе, страсть к изучению продукции производителей струн — легкая форма довольно частого профессионального заболевания.

Скажем, стоит у меня сейчас три струны Яргер и одна — Ларсен. Время от времени кто-нибудь обязательно спросит: а почему, мол, у тебя Ларсен именно соль? Я начинаю объяснять, что вообще-то уже года с 93-го играю на Яргере, но в свое время мне подарили аккорд Ларсен. Он у меня долго лежал, потом я нашел время его поставить. Не впечатлился совершенно, особенно за такие деньги. Я-то думал, такие струны сами будут играть — а они не играют ни фига, точно так же надо корячиться… Ну, и снял я этот аккорд. Какую-то струну кому-то отдал, что-то до сих пор лежит, а соль поставил на концерте с квартетом, когда у меня Яргер лопнул, а ничего, кроме Ларсен, в тот момент в футляре не оказалось. Вот с тех пор этот Ларсен и стоит, пугает всех.

Я вообще к струнам отношусь очень спокойно — есть, и хорошо. Когда-то давно я выбрал себе Яргер — с тех пор и играю на нем. А некоторые люди находятся в постоянном поиске лучших струн. Лучших струн, лучшей канифоли… Это легкая форма болезни. Тяжелая начинается тогда, когда приходит страсть к двиганью душек, вечным поискам каких-то акустических качеств, зарытых в инструменте…

Кстати, пианисты такого плана вечно недовольны роялями. Попросишь их что-нибудь сделать, а тебе в ответ: да нет, тут такой рояль, он не играет, вот будет нормальный инструмент, и тогда.. Потом приходишь тула, где нормальный инструмент и слышишь, что ничего не меняется. Играет-то не инструмент, на самом деле…

Струнникам в этом смысле и проще, и сложнее. Проще, потому что ковыряешься всегда с одним инструментам. А сложнее — потому что вечно надо что-то выдумывать: то душка не так стоит, то погода и инструмент «закрылся», то еще что-то…

В этом смысле я всегда был несколько более эгоцентричен. Причины плохого звука искал в себе, инструмент, как только появился он у меня в 1991-м году, поменять никогда не хотел, хотя многие говорили и говорят, что можно найти что-то лучше… Пока нас с ним в зале на концерте не услышат, правда. Я не то что не хочу искать, даже интересно иногда какую-нибудь хорошую шкварку попробовать, но покупать новую виолончель навсегда — я не понимаю, зачем? Мне хватает, мы с челкой дружим, у нас полное взаимопонимание и любовь…

В Америке когда-то дали сыграть Квинтет Дворжака на Страде. Мы порепетировали, и я почти решил уже играть концерт на своей. Потому что понятно, что у Страда возможностей больше, но для итальянцев экстра-класса нужны совершенно другие приемы, о которых я теоретически осведомлен, но попрактиковаться в которых у меня никогда не получалось за отсутствием такого итальянца. Потом уговорили меня — и все равно это, в смысле моего звука, был самый неудачный концерт тех гастролей.

С тех пор я вообще никогда не брал на концертах другой инструмент. И с моим Крикуновым у меня получается почти все, что хочется. А если не получается — то я знаю, что надо сделать и без смены инструмента.

Что же касается всего остального, то тут тоже просто. Если струны — то Яргер, если канифоль — то темный Каплан, если волос — то у Дитковского. Лет пятнадцать уже. И результаты вполне меня устраивают. Во всяком случае, в личном зачете.