С приветом из страны, победившей демократию

Когда неделю назад написал такой, как бы это сказать… настроенческий пост, я почувствовал, что что-то может произойти.
И точно — друг мой Ричард оказался тут, как тут, выдав очередную пародию. Она, с моей точки зрения, настолько хороша, что я просто не могу не перепечатать ее здесь (авторская орфография и пунктуация по возможности сохранена).

***

Сидя на открытой веранде столовой Ковент Гардена в воскресный день, смакуя холодные и липкие пельмени, давясь этой сраной англоблятьсакской культурой, о чем только ни думается… О женщине, с большими титьками. О Родине, о том что весь ЮКОС в Лондоне тоже, как и я…

Не думается! Ну, вот, никак!

Думается, как продать на блошином рынке сцукострашнотяжелую позолоченную канделябру, приватизированную мной во время репетиции еще в Москве, и купить клуб Ливерпуль, И послать на все дальнейшие мысли о родине…

Но хрен я вам это напишу!

Куча звуков, кстати, вокруг! Какая то женщина в соседнем доме оставила окно на распашку и использет электроОРГАН! Я чуть пельменёй не подавился.

Смотрю я на все это: на London Eye слева, на шпиль Святого Мартина прямо по курсу, на море крыш, на низколетящие самолеты в небе (между прочим, самолет Москва-Лондон с балетом на борту сегодня задержали на вылете минимум на час из-за поломки)… и думаю, чего, ссука, здесь не хватает…. Точно! Рабочей и колхозницы, Церетелей и прочих архитектурных изжог.

Отчего-то в такие моменты у меня возникает какое-то стогоффско-минаевское настроение (хотя Стогов пишет намного лучше Минаева, кстати, но дело не в том). И так хочется затянуть песню про долины и про взгорья и про красную кавалерию… И выпить!

На родину зовет кровь — не мое это все! И пельмени здесь отвратные! Кстати, а от дорожки кокса и дружеского минета я бы не отказался…. это я так, о Минаеве. Кстати, последний Прадо полное гавно! Но не будем об этом!

Мои руки болят, тело хочет утех! Этому, конечно, способствует и размещение в одноместном номере, и отсутствие сколько-нибудь тесных отношений с кем-нибудь в коллективе — фактически, я почти все время один. Как перст! Вот мой номер! Эй, лондонские красавицы, дочери олигархов — хотите интеллигентного тела и высокохудожественного секса?!

Как там у Любэ: «Я думал о многом, я думал о разном, смоля папироской во мгле».

Но, так или иначе, день строится вокруг мысли о том, где бы убить вечер. Выпить вискаря, пустить дорожку, аккуратно кредиткой нарисовав линию бытия. Герлы становятся еще более отвратней, их силикон наводит тоску. Мне становится дурно и я блюю от Битлов.

Музыка требует отрешения от толпы, окружившей меня и пытающейся мне помочь от передоза, они не могут понять русской души музыканта! Что Москва, что Лондон, что Ганновер, что Киев, что Израиль: прилетел, накатил, вдул, оттянул, слабал, кончил, уехал.

Устал. Так пройдет вся жизнь! ВСЯ! Я как менеджер среднего нах звена! Тока хуже — у меня контрабас!

В чем разница между мной и Блестящими?! И у них и у нас есть несколько составов, которыми мы выступаем на похронах и свадьбах; титек тока у меня нет — и то радует. И денег. Интересно, деньги появятся с наличием титек?! Вопрос! А! Каково?! Это вам не в овсянку хлебалом падать! Тута думать надо!

Моя работа не терпит наплевательства. Это не хирургия нах чтобы скальпель в жопе пациента забыть! Тут надо сосредоточиться и тужиться! Тут все мозги в одну извилину сводятся и кудрями по голове исходят, когда играешь Рахманинова или ещё, например, Крутого.

Да, мы все умрём. И я, и ты, читатель, и твоя семья! Все ссука сдохнем и умрем! А Лондон будет стоять! И Ксюшу Собчак поведут в кабинеты, но не к нам! Так не доставайся ты никому, липкий пельмень!

Надо было ехать в Талдом!

(C) Ричард