Большой театр как жертва борьбы с терроризмом

Сегодня утром, включив, против обыкновения, телевизор, полчаса выслушивал о мерах безопасности, предпринятых в английских аэропортах в связи со вчерашней неудавшейся попыткой провести теракт. Помимо всего прочего, запрещена любая ручная кладь, включая книги, мобильные телефоны и т.п. Сразу возникла мысль, что можно было бы брякнуть в какую-нибудь телекомпанию и предложить им сделать сюжет про несчастный оркестр Большого театра в Лондоне, который со вчерашнего дня мучительно размышляет, что делать с многочисленными инструментами. Обычно подавляющая часть инструментов перевозится именно как ручная кладь.

На завтраке встретил пресс-секретаря Катю и выяснил, что столь гнусный и циничный способ неожиданного дополнительного пиара для театра ею уже отработан — некая телекомпания готовит сюжет на эту тему. Зауважал.

Если серьезно, то проблема действительно неприятная.

На виолончели нам даются отдельные билеты, но там обозначено cabin baggage — то есть формально это та же ручная кладь, на которую просто выписан отдельный билет. Контрабасы, как правило (и в данном случае это именно так), идут отдельным багажом в кофрах. Кстати сказать, виолончели раньше тоже выезжали в кофрах — и сейчас возник лишний повод поблагодарить руководство то ли за экономность, то ли за разгильдяйство. Если бы челки шли кофрами, вопрос о них не стоял бы. Уже хлеб. Ну, да ладно.

Все равно на повестке дня остаются скрипки, кларнеты, фаготы, флейты и так далее. Причем, если, допустим, для перевозки виолончелей можно арендовать специальные аэрокофры, то для перевозки скрипок и всего остального, как я подозреваю, специальных кофров может не существовать в природе — есть подозрение, что до сегодняшнего дня мало кому могло придти в голову, что скрипки или флейты надо перевозить в кофрах в багаже, а не на руках.

Класть же инструменты в чемодан — даже такие, как флейта или труба — только на первый взгляд кажется хорошим выходом, на деле чемоданы в багаже швыряются так, что мама не горюй, а даже полностью выплаченная страховка за испорченый или разбитый инструмент — это далеко не то же самое, что инструмент целый.

Не говоря уже о том, что многие взяли сюда с собой ноутбуки. Это, конечно, уже не музыкальная тема, но все равно, как выясняется, некоторые могут теперь об этом пожалеть.

На самом деле есть еще один путь решения этой проблемы, который вчера уже озвучивался — попробовать через российское посольство выбить разрешение у английских властей допустить нас в самолеты с инструментами. Но далеко не факт, что это удастся сделать. Что такое один Большой театр по сравнению со всем мировым терроризмом?